СМИ о нас

Смех сквозь годы: как казанский ТЮЗ ищет ответ на вопрос о сущности свободы

Дата публикации:

На афише столичного Театра юного зрителя представлен мировой хит - пьеса бразильского драматурга Гильерме Фигейредо «Лиса и виноград» о баснописце Эзопе. В главной роли - любимец публики, народный артист Татарстана Роман Ерыгин, обезображенный гримом до неузнаваемости (Галина Зайнуллина, KazanFirst)

В конце 60-х, в начале хрущевской «оттепели», спектакль Георгия Товстоногова по пьесе «Лиса и виноград» в Большом драматическом театре стал событием в культурной жизни всей страны. То было действо во славу свободы, и многие до сих пор помнят Эзопа в исполнении Виталия Полицеймако - безобразного на вид мудреца, который предпочел смерть в статусе свободного человека жизни в рабском состоянии.


Казалось бы, и казанская постановка режиссера Александра Туманова, выпускника Театрального института им. Щукина, в начале третьего десятилетия ХХI века тоже должна была бы получить большой резонанс, хотя бы в масштабе города. Ведь во время самоизоляции с последующим принуждением повсеместно носить маски и соблюдать социальную дистанцию перед многими из нас встал вопрос о сущности свободы. 


Однако дебютант Туманов решил в своем дипломном спектакле не углубляться в художественное исследование такой неоднозначной по нынешним временам темы, как свобода. Хотя радикально осовременил всех персонажей, облачив их в соответствующую одежду (художник по костюмам Руслан Габов). Пседофилософ Ксанф (Дмитрий Язов) выглядит как рядовой офисный служащий, начальник стражи Агностос (Камиль Гатауллин) похож на бравого омоновца, Эфиоп (Ильфат Садыков) - на работника частного охранного предприятия, служанка Мели (Полина Малых) - косплей сексуальной горничной, ну, а сам Эзоп (Роман Ерыгин) в затрапезной футболке предстает как десоциализированный маргинал из спального района. 


Только для обольстительной Клеи (Лилия Нурель) сделано исключение - ей достался длиннополый струящийся наряд. И вовсе не потому, что Туманов генеральной темой своего спектакля решил сделать любовную драму (как Олег Рябоконь в телефильме «Эзоп», где в начале 80-х играли Александр Калягин, Олег Табаков, Любовь Полищук, Валентин Гафт). Нет, Туманов использовал благодатный драматургический материал для постановки… просто-напросто комедии.


Вот почему в спектакле делался упор не на психологическое наполнение образов, а на их пластическую выразительность (хореограф Марсель Нуриев). Это на удивление успешно - безо всякого пафоса, исподволь - переключало зрителей в древнегреческое время и пространство (Самос, V век до н. э.) - ведь античная культура ассоциируется у нас прежде всего со скульптурными образами; Афродита Милосская, Аполлон Бельведерский, Лаокоон с сыновьями представляют ее на уровне массового сознания в большей степени, чем гомеровские поэмы, философские произведения Платона или трагедии Эсхила. Поэтому все «пластические цитаты», коими изобилует «Лиса и виноград» Туманова, считываются зрителями без труда.


В стилизацию античной атмосферы немаловажен вклад композитора Юрия Чаплина; он музыкально «одел» спектакль, используя древние песнопения, барабанные ритмы и прочую экзотику. В соответствии с режиссерским прочтением пьесы Фигейредо он, конечно, подчёркивал музыкальными средствами комедийные моменты, но и не отказал себе в удовольствии время от времени брать трагические ноты, особенно в финале.  


Между тем и без этого драматизм в спектакле чувствуется постоянно. Сам текст пьесы рвет комедийную ткань афористичными репликами и отточенными диалогами. Кстати, строгой логике трагикомедии Фигейредо и ее четкой структуре созвучно лапидарное черно-белое оформление сцены (сценограф Михаил Фишман-Борисов).


Так что ничто не мешает желающим осмысливать разворачивающееся перед глазами зрелище в собственном, более серьезном, ключе и счесть кульминацией не пластическое буйство в эпизоде соблазнения Ксанфа служанкой Мели, а, например, момент признания Эзопа и Клеи во взаимном тяготении друг к другу; для кого-то самым важным окажется то, как Эзоп напряжено ищет глазами в небесной вышине пару спасительных соек. Ведь «всякий человек созрел для свободы», провозглашается в спектакле устами главного героя, а значит, мы вольны не соглашаться с интерпретацией режиссера-постановщика и придавать действиям персонажей свой смысл. Жаль лишь, что не у всех есть возможность сравнить работу Туманова со спектаклем «Лиса и виноград», поставленным в 1997 году легендарным Юрием Благовым, и вспомнить в роли Эзопа заслуженного артиста России Александра Купцова.


Автор: Галина Зайнуллина


Источник: KazanFirst